И до меня добралась, зараза. Несчастная любовь.
Наверное, надо было меньше хвастаться и носиться с ней, вернее, её отсутсвием, как с писаной торбой.
Но сейчас,в данный момент, я не знаю, что мне делать.
Несколько часов счастья, и неделя- две мучений. Ревности, да, я знаю, что обоснованной. Мне страшно, невыносимо страшно уличать в чем-нибудь. Вдруг он не поймет, что мне нужно обьяснение, глупое, прозрачно-лживое обьяснение, а совсем не доказать свою правоту. И тогда встречи- подачки прекратятся. Даже не подачки, использование.
А я цепляюсь. За каждый поцелуйчик, за каждое словечко, мне так хорошо в эти несколько часов. Я не хочу их терять. Скажите, ведь вы тоже бы не хотели потерять несколько часов счастья? Пусть несколько, пусть через унижение, но СЧАСТЬЯ же? У меня, кажется, нет сил сопротивляться. Откуда они, чтобы потом бороться с собственной ничтожностью?
А главное, никаких шансов изменить ситуацию. Начинаю догадываться, что он великолепный манипулятор. Пришел, осчастливил комплиментом, даже поцелуем, уходя, осчастливил. Появляется как раз в момент, когда меня поотпустит, и меня снова бьет бревном по голове.
Скажи он сейчас- давай жить вместе, я, при всей моей нерешительности и при всем осознании, что ведь я не единственная, плюнула бы и пошла за ним. Это единственный, слышите, единственный человек, которому незаслуженно я готова довериться. Господи, слышишь, я бы отдала кое-что, чтобы он меня полюбил, не изменял и был со мной. Или верни мне мою голову, мои чувства и моё самоуважение. А так, бросая меня и давая только страх, что я неправельно поведу себя, я не согласна.
Я понимаю, почему люди держаться за соломинку, и ту прогнившую и противную. Потому что эфемерная надежда на счатье куда лучше страха одиночества.
Аааааа. Надо это оканчивать. Быстро, слышишь? Может, ты себе все придумала.