Дорогие мои девочки, было весело. Правда, я засиделась до непонятных ночных часов, решила идти домой, как увидела, что в новый дорм приехал Аргус и расставил постовых.
В темноте и тесноте подьезда влепилась в охранника, в черном он не то что как кошка, а темнее. Да так влепилась, что он аж минералку выронил из рук. А что, полуночный завтрак, я уже вижу и охранника, и бутерброд его.
Посмеялись, распрощались, все бы встречи так.
Иду, смотрю, может, кто-то на ночь в старый дорм поедет, он в моем дворе.
И-опаньки- тот самый охранник на машине догоняет. Я как приличная, сзади пристроилась, в машине так круто, что невольно в охранники тянет. Болтаем, по-дружески, все так мило. А во дворе смотрю- и к старому дорму Аргусовских понаехало.
Недолго думая, обосновались прямо во дворе, двери машины открыв, я поперек задних сидений на животе лежу. А он.. нетнет, он поперек передних, а на асфальте полпива, полшампанского, полсока. Это лично мне. Допиваю себе пивко с соком, общаемся. Надо отдать должное, цивильно, без приставаний.
- А почему пиво, а не шампанское?
- Ну вот если я пиво выпью, шампанское можно домой забрать. А если я шампанское допью, то домой уже не смогу дойти.
-хах, логично.
И дальше в столь же возвышенных тонах.
В конце концов проходящие мимо подозрительно глядящие люди заставили сесть прямо. Мимо прошла компания скинов, я напряглась, чуть спряталась за кресло.
Прошли. Фух.
Ан нет. Через минуту вернулись трое- один амбальчик, еще один, с раскрашенным в белый лицом, и девушка.
-Ага, тебя знаем, не высовываешься.- сказал первый. -Тебя трогать не будем. А девушка у нас слишком тесно с Римасом общалась.
Сердце ёкнуло. Очень даже тесно общалась, по правде сказать. Куда уж теснее.
Скины перешли к моей части машины, нагло заглядывая внутрь, пользуясь тем, что мы так и не закрыли ни двери, ни окна. Дружищще на первом сиденьи сидел тихо и не дергался. Знал, вот там вот еще 15 таких же обормотов стоят.
Первый взял меня за лицо, поворачивая мою голову в его сторону. Отвел руку. Я закрыла лицо руками- чего я ждала, чем должны были помочь мне руки на лице? Тянуть время.
Белолиций не стал бить удержанное лицо.
-Я не бью девушек.
-Я тоже. Нехорошо это.
Завязался разговор о битье девушек. Девушка-скин приготовилась. "А сейчас-то вы,суки , что делать будете, чужими руками, а рыльце-то в пушку"- думалось мне. Я опять закрыла лицо руками. Нетнетнетнетнет.
Может, девушка будет нежнее. Ну все-таки.
Посмотрев на девушку, плечами да грудью в папу, подумалось, что признаки нежности будут от синего до зеленого цветов. Она взяла мое лицо, замахнулась, мои руки отлепили от лица.
Чей-то голос, я вижу строгие явно бюджетные глаза, преданные своему делу, две женщины в строгом держат руки скинов, со словами "сейчас мы с вами серьезно поговорим", с полицией ведут заполнять протокол. Задают вопросы, бубню имя, думая, какое бы приличное оправдание придумать тому, что я а 4 утра в чужой машине с мужиком.
В темноте и тесноте подьезда влепилась в охранника, в черном он не то что как кошка, а темнее. Да так влепилась, что он аж минералку выронил из рук. А что, полуночный завтрак, я уже вижу и охранника, и бутерброд его.
Посмеялись, распрощались, все бы встречи так.
Иду, смотрю, может, кто-то на ночь в старый дорм поедет, он в моем дворе.
И-опаньки- тот самый охранник на машине догоняет. Я как приличная, сзади пристроилась, в машине так круто, что невольно в охранники тянет. Болтаем, по-дружески, все так мило. А во дворе смотрю- и к старому дорму Аргусовских понаехало.
Недолго думая, обосновались прямо во дворе, двери машины открыв, я поперек задних сидений на животе лежу. А он.. нетнет, он поперек передних, а на асфальте полпива, полшампанского, полсока. Это лично мне. Допиваю себе пивко с соком, общаемся. Надо отдать должное, цивильно, без приставаний.
- А почему пиво, а не шампанское?
- Ну вот если я пиво выпью, шампанское можно домой забрать. А если я шампанское допью, то домой уже не смогу дойти.
-хах, логично.
И дальше в столь же возвышенных тонах.
В конце концов проходящие мимо подозрительно глядящие люди заставили сесть прямо. Мимо прошла компания скинов, я напряглась, чуть спряталась за кресло.
Прошли. Фух.
Ан нет. Через минуту вернулись трое- один амбальчик, еще один, с раскрашенным в белый лицом, и девушка.
-Ага, тебя знаем, не высовываешься.- сказал первый. -Тебя трогать не будем. А девушка у нас слишком тесно с Римасом общалась.
Сердце ёкнуло. Очень даже тесно общалась, по правде сказать. Куда уж теснее.
Скины перешли к моей части машины, нагло заглядывая внутрь, пользуясь тем, что мы так и не закрыли ни двери, ни окна. Дружищще на первом сиденьи сидел тихо и не дергался. Знал, вот там вот еще 15 таких же обормотов стоят.
Первый взял меня за лицо, поворачивая мою голову в его сторону. Отвел руку. Я закрыла лицо руками- чего я ждала, чем должны были помочь мне руки на лице? Тянуть время.
Белолиций не стал бить удержанное лицо.
-Я не бью девушек.
-Я тоже. Нехорошо это.
Завязался разговор о битье девушек. Девушка-скин приготовилась. "А сейчас-то вы,суки , что делать будете, чужими руками, а рыльце-то в пушку"- думалось мне. Я опять закрыла лицо руками. Нетнетнетнетнет.
Может, девушка будет нежнее. Ну все-таки.
Посмотрев на девушку, плечами да грудью в папу, подумалось, что признаки нежности будут от синего до зеленого цветов. Она взяла мое лицо, замахнулась, мои руки отлепили от лица.
Чей-то голос, я вижу строгие явно бюджетные глаза, преданные своему делу, две женщины в строгом держат руки скинов, со словами "сейчас мы с вами серьезно поговорим", с полицией ведут заполнять протокол. Задают вопросы, бубню имя, думая, какое бы приличное оправдание придумать тому, что я а 4 утра в чужой машине с мужиком.